Прокуратура не утвердила обвинение по делу банкира Глеба Фетисова
Генеральная прокуратура России отказалась утверждать обвинительное заключение по делу о многомиллионных хищениях из Моего банка, в которых обвиняется его бывший владелец, экс-сенатор от Воронежской области Глеб Фетисов. Об этом пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на источники в правоохранительных органах.
Материалы по обвинению банкира в мошенничестве возвращены в Следственный комитет России для устранения нарушений.
Один из адвокатов Глеба Фетисова, Самвел Караханян, подтвердил изданию, что дело вернули следователям для «работы над ошибками». По словам защитника, ему известно об этом из достоверных источников. Однако пока официального подтверждения из Генпрокуратуры сторона защиты еще не получила.
Караханян заявил, что его подзащитный находится в России, не собирается никуда уезжать и занимается восстановлением здоровья, пошатнувшегося после длительного пребывания в СИЗО. «Позиция Глеба Геннадьевича остается неизменной: он не признает своей вины и будет добиваться своего оправдания», — сказал адвокат.
Фетисов провел в следственном изоляторе почти полтора года. Он был задержан в феврале 2014 года в аэропорту Домодедово. На следующий день Басманный суд столицы поместил его в СИЗО. В январе 2014 года Центробанк отозвал лицензию у Моего банка, а в апреле была инициирована процедура его банкротства.
В середине августа суд принял решение выпустить Фетисова из СИЗО под домашний арест. А еще через неделю он был освобожден и из-под домашнего ареста.
Согласно материалам дела Фетисов обвиняется в шести эпизодах мошенничества. По версии следствия, он похитил активы на 555 млн руб. у Моего банка, бенефициаром которого был до ноября 2013 года, а также причинил ему ущерб, предоставляя кредиты и залоги фирмам-однодневкам еще почти на 1,5 млрд руб. Общий размер ущерба следствие оценивает в 1,9 млрд руб.
Сам Фетисов вину не признал, но еще несколько месяцев назад подконтрольная ему компания выкупила долги Моего банка на 15 млрд руб., что в семь раз превышает сумму ущерба, обозначенную следствием. Банкир при этом заявил, что возмещение ущерба не свидетельствует о том, что он признал вину.