«Интерфакс» узнал о шести фигурантах по делу «Шалтая-Болтая»
По делу хакерской группы «Шалтай-Болтай» проходят шесть человек, трое из них находятся в розыске. Об этом сообщает «Интерфакс» со ссылкой на информированный источник. «Им предъявлено заочное обвинение в неправомерном доступе к компьютерной информации», — сказал собеседник агентства. Источник не уточнял, находятся подозреваемые в международном или только федеральном розыске.
«Осуществляются все необходимые оперативно-следственные действия для задержания и привлечения к уголовной ответственности обвиняемых», — добавил собеседник агентства.
При этом, как сообщил РБК адвокат лидера хакерской группировки «Шалтай-Болтай» Владимира Аникеева Хазрет Бижоев, на данный момент известно о двух фигурантах дела, которые находятся в розыске. «Сейчас в розыске Алексей Глазастиков и организатор «Биржи информации», лицо которого не установлено. Вероятно, следствие установило нового фигуранта, но, так как сейчас дело засекречено, утверждать это наверняка затруднительно», — пояснил адвокат.
В начале июля Владимир Аникеев, лидер хакерской группировки, получил два года колонии по делу о взломе почты и мобильных телефонов политиков и бизнесменов. Обвиняемому вменялось преступление по ст. 272 УК (неправомерный доступ к охраняемой законом информации). В отличие от сообщников из «Шалтая-Болтая» он признал вину, дело в отношении него рассматривалось в особом порядке.
По версии следствия, Аникеев вместе с сообщниками взламывал почту и мобильные телефоны высокопоставленных чиновников и бизнесменов и в дальнейшем выставлял полученную информацию на продажу на сайте «Шалтая-Болтая».
Изначально в деле хакерской группировки были четверо фигурантов. Один из хакеров, Алексей Глазастиков, успел до задержания покинуть страну, дело в отношении еще двоих — Константина Теплякова и Александра Филинова — было расследовано в конце мая и передано в Мосгорсуд. Кроме того, в конце мая «Росбалт» сообщил, что следователи ФСБ установили пятого вероятного участника группы — это Андрей Некрасов по прозвищу Шляпник, который еще в 2015 году уехал в Литву, получив там политическое убежище.