Политика, 23 окт 2017, 16:19

Росфинмониторинг отчитался о заморозке активов подозреваемых в терроризме

Читать в полной версии

За год в России заморожены активы предполагаемых террористов на более чем 6 млн руб. Об этом сообщил глава Федеральной службы по финансовому мониторингу (Росфинмониторинга) Юрий Чиханчин на встрече с президентом Владимиром Путиным. Стенограмма встречи размещена на сайте Кремля.

«С одной стороны, это вроде небольшая сумма, но если сказать, что теракт в Санкт-Петербурге обошелся в 150 тыс. руб., то 6 млн — это очень большая [cумма], а если теракты, [как] в Париже, с ножом или топором, которые практически ничего не стоят…» — пояснил чиновник.

Он добавил, что специалистам службы по финансовому мониторингу удалось блокировать не только счета, но и конкретные действия предполагаемых террористов.

«Хотелось бы несколько слов сказать и о противодействии финансированию терроризма. Это очень актуальная тема. Действительно, мы нашли свое место в решении этого вопроса», — отметил он.

По словам Чиханчина, главным результатом является то, что служба запустила в России механизм внесудебной заморозки активов лиц, которые имеют отношение к терроризму.

Росфинмониторинг выстроил неплохие взаимоотношения на международной площадке по вопросам, которые связаны с борьбой с терроризмом, в основном с центральноазиатскими странами. По данным службы, в странах Центральной Азии заморожены активы более 150 человек. «Мы заморозили активы порядка ста человек, проживающих на территориях этих республик, но находящихся здесь», — говорится в стенограмме.

Службе удалось совместно с ФСБ России и коммерческими банками построить модель финансового поведения террористов. Благодаря ей выявлено более 200 предполагаемых террористов, возбуждены уголовные дела, заявил глава Росфинмониторинга. «То есть банки сами научились выявлять по этому признаку. Это основной результат [работы службы по финансовому мониторингу]», — констатировал Чиханчин.

Микроменеджмент и выгорание: как лидер сам блокирует рост бизнеса
«Отечественное — значит плохое»: как бороться со стереотипами в продажах
Структурирование в 2026 году: что меняется для владельцев активов
Не забота, а тревога: что на самом деле стоит за токсичной бережностью
Фразы — разрушители авторитета: что не говорить при сложных решениях
Поведенческий экономист Кэти Милкман: «Меня раздражают амбициозные цели»
Почему возвращение после релокации стало «красным флагом» при найме
«Устойчивые коды», дивиденды и роялти: что компании ждут от таможни