Дело о пытках в колонии Ярославля, 19 сен 2018, 19:30

Адвокат сообщил о возбуждении нового дела о пытках в ярославской колонии

Читать в полной версии

Следственный комитет возбудил третье уголовное дело о пытках в ярославских колониях, сообщила РБК адвокат Евгения Макарова Ирина Бирюкова.

«Это дело возбуждено по поводу избиения Жени Макарова в декабре 2017 года. Нам постоянно отказывали в возбуждении дела, а сейчас оказывается, что оно возбуждено, и по нему он [Макаров] проходит потерпевшим», — пояснила она.

По словам Бирюковой, речь идет об избиениях Макарова сотрудниками колонии №8, куда он был переведен из ИК-1 в конце 2017 года. Она добавила, что по этому делу есть еще один потерпевший, которого избили в этот же день.

«Мы не комментируем», — заявила РБК официальный представитель СК России Светлана Петренко.

20 июля «Новая газета» опубликовала видео, на котором сотрудники ИК-1 в Ярославле избивают человека в наручниках. Региональное управление ФСИН организовало проверку, а Следственный комитет возбудил дело по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК (превышение должностных полномочий с применением насилия). В начале августа число фигурантов дела достигло 12 человек. Сотрудники ИК-1 рассказали, что избиение заключенного Макарова санкционировало начальство, а видео пыток записывалось для отчета.

После того как «Новая газета» опубликовала новое видео об избиениях заключенных, СКР возбудил второе уголовное дело. В его рамках суд арестовал замначальника отдела безопасности ИК №8 Сардора Зиябова. По второму делу следствие признало осужденного Макарова потерпевшим.

Российский суд пересмотрит иск «Силмаша» к PetroVietnam на $570 млн
ИИ в совете директоров: где он экономит ресурсы, а где нет
Эти голубые фишки еще не стоили так дешево. Есть ли смысл их покупать
Трамп активно снимает санкции с россиян. Кого и как исключают из SDN
Перестраховка не всегда полезна: что такое охранительное поведение
Китай заполучил самое важное оборудование мира. Чем это грозит Западу
Два новых тренда: как проходят сделки по покупке бизнеса в России
Как трасты миллиардеров превращают наследство в семейную войну