Общество, 09 янв 2019, 13:40

Участник хакерской группировки «Шалтай-Болтай» вышел на свободу по УДО

Читать в полной версии

Член хакерской группировки «Анонимный интернационал» («Шалтай-Болтай») Константин Тепляков условно-досрочно освобожден из колонии. Об этом сообщила РБК его адвокат Анастасия Саморукова.

Тепляков отбывал наказание в ИК-5 («Металлострой») на территории Санкт-Петербурга, решение о его освобождении принял в декабре Колпинский районный суд города, сообщила Саморукова. На сайте суда отмечается, что решение принято на заседании 17 декабря.

​

Тепляков частично признал вину по делу «Шалтая-Болтая». Ему и другим подозреваемым вменялось совершение преступления по ст. 272 УК РФ (неправомерный доступ к охраняемой законом информации). Хакеры взламывали переписку высокопоставленных чиновников и медийных лиц, в том числе премьер-министра Дмитрия Медведева, его бывшего пресс-секретаря Натальи Тимаковой, экс вице-премьера Аркадия Дворковича и других. Потерпевшими по делу официально были признаны телеведущий Дмитрий Киселев, помощник президента Андрей Белоусов и руководитель дирекции Сбербанка по управлению проектами в сфере ЖКХ Евгений Кисляков. Лидер группы Владимир Аникеев был осужден отдельно — он полностью признал вину и получил два года колонии. Еще часть предполагаемых хакеров находятся за рубежом, в том числе Александр Глазастиков, который был заочно арестован в октябре 2018 года.

Аникеев вышел на свободу в августе 2018 года, после вступления в силу закона о пересчете в сроках наказания времени, проведенного под арестом.  

В компаниях началась «ИИ-охота на ведьм». За что увольняют сотрудников
Куда ведет сдвиг в питании россиян из-за моды на протеин
Онлайн-жизнь стала для детей интереснее реальной. Что делать родителям
«Эскалацию увидят слишком поздно». Что общего у СверхИИ и холодной войны
Почему газ пока не стал альтернативой бензину и дизелю в грузоперевозках
Надеваете носки стоя и голодны по часам: 8 признаков крепкого здоровья
Производитель Winston и Camel — во временном управлении. Что известно
Рассрочка как антидепрессант: почему мы тратим больше, чем можем