Политика, 16 авг 2024, 12:07

Фигурант дела комбрига ВДВ не признал вину в мошенничестве

Читать в полной версии
(Фото: Алексей Потицкий / ТАСС)

Бывший подчиненный командира 83-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады полковника Артема Городилова подполковник Константин Фролов не признал вину в особо крупном мошенничестве, организованного группой. Об этом он рассказал ТАСС.

«Очень странно, когда у нас уголовники под домашним арестом, а я, офицер, нахожусь здесь, когда должен воевать. Я защищал свою Родину. До этого весь год говорили, что я герой, мы выполняем боевые задачи, сейчас противоречат сами себе», — сказал Фролов. Он добавил, что пользы от его участия в зоне боевых действий будет больше, чем от пребывания в СИЗО.

Фролова задержали в начале июня. Под конвоем его этапировали в Москву и арестовали. Офицер является кавалером трех орденов Мужества, а также награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» и медалью «За отвагу».

4 июля следствие попросило арестовать командира 83-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады полковника Артема Городилова, которого подозревают в крупном мошенничестве. В тот же день 235-й гарнизонный военный суд одобрил ходатайство следователей и арестовал его. Городилов пробудет под стражей как минимум до 19 августа, подтвердили РБК позднее в пресс-службе суда. Суд заседал в закрытом режиме.

Фабула дела, по которому проходит Городилов, неизвестна, но ему и Фролову вменяют мошенничество на сумму не менее 1 млн рублей. Статья об особо крупном мошенничестве грозит десятилетним сроком заключения. Полковник вину не признал.

Почему электрозарядкам не хватает загрузки для окупаемости
Неожиданные налоги при сделках с недвижимостью: риски для ИП
Названы 100 самых дорогих брендов в России 2026 года
Ловушка стагнации. Почему мировая экономика может не расти еще долго
«Руководил командой»: какие фразы помешают IТ-директору получить офер
Основатель Gloria Jeans — о том, как перестать бояться и полюбить ИИ
Поиск работы затягивается. В чем проблема и как ее решить
Работа — боль. Почему в российских компаниях царит культура страдания