Военная операция на Украине, 15 окт 2024, 11:29

Алаудинов назвал фейком обвинения в расстреле пленных бойцов ВСУ

Читать в полной версии
Фото: Сергей Пивоваров / Reuters

Сведения о расстреле военнослужащих Вооруженных сил Украины (ВСУ) в Курской области при сдаче в плен не соответствуют действительности, заявил командир спецназа «Ахмат», замначальника Главного военно-политического управления Минобороны генерал-майор Апти Алаудинов в эфире «Соловьев Live».

В начале октября об этом заявил украинский омбудсмен Дмитрий Лубинец. Он сообщил, что направил письма в ООН и Международный комитет Красного Креста.

«Им надо сейчас создавать любые фейки для того, чтобы их бойцы не сдавались в плен. Тем более, понимая, что у них уже подразделения бросают позиции и бегут», — сказал Алаудинов.

По его словам, доказательств расстрелов пленных украинцев российскими военными нет.

Украинские военные «не в состоянии воевать, хотят сдаться», уточнил руководитель «Ахмата». Морально-психологическое состояние солдат подталкивает командование ВСУ делать все, чтобы бойцы боялись сдаваться в плен, отметил Алаудинов.

Командир спецназа подчеркнул, что украинские военные часто принимают решение сдаться. Это касается и элитных подразделений ВСУ, добавил он.

15 октября Алаудинов опубликовал видео с оказавшимся в российском плену солдатом украинского батальона «Айдар» (признан в России террористическим и запрещен). Военный по имени Владимир Зайченко попросил оказать ему содействие в получении российского гражданства и прохождении службы в спецназе «Ахмат». Зайченко отметил, что добровольно сдался в плен.

Bitcoal? Реальны ли перспективы ЦОДов в угольных карьерах Кузбасса
«Точечный сдвиг». Инвестдома зафиксировали переток капитала в акции
Эффект Аполлона. Какие сотрудники для бизнеса оказались полезнее звезд
Как и зачем Китай хочет забраться в ваш мозг — The Economist
Минцифры обяжет 5G-смартфоны с 2032 года поддерживать «Кузнечика»
Ждали товар — пришел следователь. Новые уголовные риски валютных операций
РЖД обсудят продажу Рижского вокзала структуре Минтранса
Голодные игры: почему сотрудники пытаются сильнее раздуть свою значимость