Военная операция на Украине, 12 дек 2025, 02:02

Перевозчик перенес еще одну попытку запуска паромной линии Трабзон — Сочи

Читать в полной версии
Фото: Сергей Кулаков / РИА Новости

Повторную попытку запустить паромную линию Трабзон — Сочи перенесли на неопределенный срок из-за атак в Черном море. Об этом «РИА Новости» сообщил представитель компании-перевозчика Liderline в Трабзоне Мустафа Чакыр.

«На данный момент рейсы приостановлены, продажа билетов не производится. <...> Мы ждем новой информации относительно возможности запуска паромного сообщения в свете последних атак в Черном море», — заявил Чакыр.

Представитель перевозчика подчеркнул, что судно остается в порту Трабзона. Изначально первый рейс парома из турецкого города в Сочи хотели запустить 7 декабря, однако отменили из-за ситуации с безопасностью в Черном море.

В конце ноября в Черном море были атакованы два танкера под флагом Гамбии — Kairos, следовавший в направлении Новороссийска, и Virat. CNN и Reuters, ссылаясь на источники в Службе безопасности Украины, сообщили, что удары по танкерам были нанесены украинскими морскими дронами. На следующий день атаке также подверглись объекты КТК в Новороссийске.

В начале декабря у побережья Турции беспилотники атаковали российский танкер Midvolga, который перевозил подсолнечное масло из России в Грузию.

В начале ноября первый за 14 лет паром Seabridge вышел из Трабзона, однако его не пустили в порт Сочи. После 2,5 суток ожидания судно отправили обратно. Пассажиры покинули паром только 10 ноября.

Читайте РБК в Telegram.

Почему более 40% проектов с ИИ-агентами могут закрыться до 2028 года
Как создать команду, которая не боится кризисов: пять советов
Фиксированные операторы заявили о блокировках звонков из-за маркировки
В России выдали первые криптолицензии: что нужно знать инвестору
Ждали товар — пришел следователь. Новые уголовные риски валютных операций
Американский пессимизм перед выборами. Грозит ли США рецессия
Дно пройдено? Как заработать на четырехлетнем цикле биткоина: 6 акций
Почему половина мира перестала богатеть — The Economist