Общество, 14 апр 2021, 17:54

Глава Минюста предложил разрешить пребывание детей с матерями в СИЗО

Константин Чуйченко предложил разрешить оставлять детей в следственных изоляторах до момента освобождения их матерей. Согласно нынешней норме дети могут находиться в СИЗО до момента, пока им не исполнится три года
Читать в полной версии
Фото: Алексей Белкин / ТАСС

Министр юстиции Константин Чуйченко выступил с предложением разрешить оставлять детей с матерями, которые находятся в СИЗО, вплоть до освобождения последних. С этой инициативой он выступил на заседании коллегии Минюста, передает ТАСС.

Говоря о создании достойных условий в местах лишения свободы, Чуйченко напомнил о детях, рождающихся в колониях и следственных изоляторах. «И здесь нужно еще раз посмотреть законодательство и сделать все, чтобы не разлучать мать и маленького ребенка, особенно если нет родственников, которые готовы взять ребенка под опеку», — отметил глава ведомства.

Чуйченко напомнил о недавнем случае в московском СИЗО-6, где маленькую девочку едва не отправили в детский дом через сутки после третьего дня рождения. «В колонии срок нахождения малыша с матерью можно продлить вплоть до освобождения осужденной, но в СИЗО пока такого механизма нет (детям разрешается оставаться с матерью до трехлетнего возраста. — РБК). И это необходимо исправить», — призвал министр.

Глава Минюста также напомнил, что в прошлом году были приняты изменения в Уголовный кодекс, которые сокращают сроки, после отбытия которых беременные и женщины с детьми до трех лет смогут рассчитывать на условно-досрочное освобождение либо замену неотбытой части наказания более мягким в случае нетяжких преступлений.

Член Совета при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека Наталия Евдокимова в беседе с РБК сообщила, что, по ее мнению, у проблемы есть две стороны. «Конечно, хорошо, когда дети находятся с мамами. Я побывала в одной колонии, где мамочки живут со своими детьми, младенцами до года. Они живут в отдельном здании, не перемешиваются с другими заключенными. Это благо для детей и мам, они могут участвовать в воспитании своих детей. Но надо понимать, что когда ребенок до года, кормящая мать — единственный, кто нужен ребенку. А вот дети до трех лет уже начинают познавать мир, воспринимают внешние условия. Хорошо, что у ребенка есть мама, но если есть другие родственники, он и с ними должен общаться», — пояснила она.

Правозащитница считает, что лучше бы Чуйченко предложил откладывать арест матерей, вынесение приговора и отбытие наказания до исполнения их детям трех лет. «Это была бы хорошая инициатива. Потому что иначе получается, что и детей тоже заключают под стражу. Что касается условий, то в той колонии, которую я посетила, которая была пионером в этом деле, там есть кроватки, мамы спят в одной комнате с детьми, и когда уходят на работы, тюремные процедуры, дети остаются под присмотром нянечек. То есть, в принципе, лучше так, чем когда дети разлучены с мамами. Это для грудничков. Что касается детишек до трех лет — минусов здесь столько же, сколько и плюсов», — пояснила Евдокимова свою позицию.

Член Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) по защите прав человека в местах принудительного содержания Москвы Александр Ионов оценил инициативу Чуйченко как неплохую. «Потому что, если детей отдавать в дом малютки, теряется связь с матерью. К тому же сотрудники ФСИН через службу психологической помощи общаются с людьми, находящимися в местах принудительного содержания, и делают вывод, можно ли ребенка оставлять с матерью. Потому что есть асоциальные элементы, которые до попадания в места принудительного содержания вели разгульный образ жизни — пили, воровали. Здесь ситуация под вопросом. Именно поэтому еще в советское время организовали передачу ребенка из тюрьмы в дом малютки, впоследствии — в детский дом. Здесь определяет служба опеки, она также имеет доступ к сидельцам», — отметил правозащитник в разговоре с РБК.

Главное, по мнению Ионова, не доводить ситуацию до того, чтобы уполномоченному по правам ребенка, региональному или федеральному, пришлось вмешиваться.

В первую очередь нужно, чтобы заинтересованные службы, на которые возлагается ответственность за соблюдение законных интересов и прав ребенка, внимательно следили, в какой обстановке тот находится, как мать ведет себя по отношению к нему. «За этим смотрит и штатный психолог, который приходит и общается с матерями, и органы опеки. Не знаю, как обстоят дела с условиями содержания таких маленьких детей в СИЗО регионов — надо смотреть каждый регион в отдельности, где-то условия есть, где-то могли бы быть и лучше. Это надо отрабатывать на межведомственной комиссии, смотреть возможности, особенно региональные. Нужно, чтобы нормально доходила гуманитарная помощь. Очень важно проводить медицинский осмотр и ребенка, и мамы, особенно в первые месяцы после родов. С этим тоже иногда возникают проблемы», — предупредил он.

«Надо создать условия в местах принудительного содержания. А если условия созданы, то инициатива абсолютно здравая. Чем больше ребенок находится с матерью — тем лучше. Все в жизни оступаются, мы должны подходить из принципов гуманизма к реализации права женщины создавать семью, права ребенка воспитываться в семье — без участия органов ПДН и детских домов», — заключил Ионов.

Pro
«Увидим инопланетян на нашем веку»: во что еще верит физик Митио Каку
Pro
Как часто компании подставляют друг друга — исследование
Pro
10 компаний с перспективами роста во втором кварталe — выбор Bloomberg
Pro
Мошенники на удаленке: как не потерять деньги при работе с внештатником
Pro
Как ФНС находит скрытую выручку: шесть провальных для бизнеса схем
Pro
«Верните деньги». Суды завалены исками против образовательных сервисов
Pro
Смартфоны изменили мозг зумеров. Как это влияет на их работу и отношения
Pro
Бессердечие и недружелюбие: кто такие темные эмпаты