Екатеринбург, 17 мар 2015, 12:31

Экс-глава свердловского обкома КПРФ отсудил 2,45 млн рублей у депутата гордумы

Дмитрий Шадрин выиграл уже третью тяжбу против однопартийцев.
Читать в полной версии
Фото: 66.ru

Бывший глава свердловских коммунистов Дмитрий Шадрин выиграл очередной иск против однопартийцев. Суд обязал депутата Екатеринбургской гордумы Вячеслава Вегнера вернуть Шадрину 2,45 млн рублей.

Таким образом, Дмитрий Шадрин вернул практически все деньги, которые, по его словам, давал однопартийцам в 2011 году на предвыборные кампании. Ранее суд постановил взыскать около миллиона рублей с члена контрольно-ревизионной комиссии свердловского отделения КПРФ Людмилы Журавлевой и 50 тысяч рублей с депутата-коммуниста Хасана Наботова.

Депутат Евгений Вегнер в беседе с корреспондентом «РБК-Екатеринбург» рассказал, что намерен обжаловать решение суда. Кроме того, он подаст заявление в следственные органы. Вегнер заявляет, что не брал никаких денег у Дмитрия Шадрина. «Я считаю, что все, что делает Шадрин, - это мошенничество в отношении меня и моих партийных товарищей», - заявил депутат.

Напомним, скандал с долгами разгорелся осенью 2014 года, когда бывший глава местного обкома Дмитрий Шадрин (покинул пост в декабре 2013 года) разослал товарищам по партии письма с требованием вернуть деньги за выборы 2011 года. Шадрин давал в долг свои личные деньги (в сумме около 3,5 млн рублей) и брал расписки с кандидатов. Однако соратники по партии деньги так и не вернули. Суд оказался не на стороне Шадрина, поскольку долговые расписки были составлены неверно.

Власти усилили проверки концессий на предмет «лишних» бюджетных расходов
«Система дала сбой». О чем говорит обвал ИИ-акций и что будет дальше
Пять ловушек личного фонда: что может пойти не так
Дешево создать — дорого проверить: десять рисков внедрения ИИ в компании
До конца налоговой амнистии меньше двух месяцев: что делать бизнесу
Корпоративное расставание: почему инвесторам разонравились холдинги
Тихий враг. Почему главной угрозой для бизнеса в 2027 году станет ФОТ
Рассрочка как антидепрессант: почему мы тратим больше, чем можем